Том 7 - Глава 8.1: История Амаори Харуны. Часть 3

— П-прошу тебя! Харуна-семпай!
Сказав это, сестра в отчаянии склонила голову.
Харуна, скрестив руки на груди, смотрела сверху вниз на сестру-третьеклассницу средней школы.
— Школьный дебют, значит...
— Да!
В голове эхом отдался голос:
«Лгунья».
И в этот раз тоже. Я думала, что это всё равно ложь.
Сестра постоянно, всё это время предавала мои ожидания.
Да и вообще, еще до того, как перестать ходить в школу, сестра была ужасно невзрачной. На самом дне школьной иерархии. Не понимала чужих чувств. Недогадливая.
Детское восхищение было сплошным заблуждением. Надежность оказалась наглостью, а доброта — слабостью. С годами иллюзии осыпались.
Харуна пристально смотрела на склонившуюся сестру, от которой, казалось, остались лишь кости, без кожи и плоти.
Отказать здесь легко. Нужно просто послушаться своего преданного сердца и повернуться спиной.
Если надеяться, снова предадут. Лишь ненависть усилится.
Да.
Даже сейчас, в такой момент, я всё еще надеюсь.
Что сестра снова засияет, как в те времена. Что она снова станет достойной старшей сестрой.
Глупо. Неисправимо. Оскорбления, брошенные сестре, ранят и мое собственное сердце. Я ничем не лучше, раз до сих пор цепляюсь за неё.
Тогда уже...
— Ну, ладно...
Это в последний раз. Пора поставить точку и в отношениях с сестрой, и в своем сердце.
Последний шанс. Это станет подходящим предлогом, чтобы окончательно разочароваться в семье.
Даже если ничего не выйдет и я потеряю немного времени, мне всё равно, если благодаря этому из моей дальнейшей жизни исчезнет одна печаль.
— Сначала — в парикмахерскую.
— А, э?
— Сделай что-нибудь с этими унылыми волосами! Когда откроется обзор, перейдем к следующему шагу! И предупреждаю: если уж делать, то основательно! Если начнешь ныть на полпути, я больше никогда с тобой связываться не буду! Поняла?!
Сестра выпрямилась и отвесила глубокий поклон:
— Спасибо большое! Харуна-семпай!
Всё равно ничего не выйдет (мури).
Ну и пусть. Если невозможно — так невозможно. Лучше пусть скажет, что не может. Станет легче.
— Я буду стараться!
Сестра развернулась на месте.
— ...М?
Это была просто прихоть.
Меня зацепил взгляд сестры, в котором читалась решимость. Что она собирается делать?
Такого не было ни разу за три года.
Почтение к сестре заныло, словно старая рана.
Сестра стояла перед зеркалом в ванной.
Держа ножницы горизонтально, приложив их к челке.
Она что-то шептала, словно молитву.
— Надо стараться... Я буду стараться.
Она пристально смотрела на свое отражение. Словно именно оно было её заклятым врагом.
— ...!
Харуна невольно спряталась.
Прижала руку ко рту за тонкой стеной ванной.
Я потеряла бдительность.
Не будет преувеличением сказать, что это была величайшая оплошность в моей жизни.
Из глаза Харуны выкатилась слеза.
Когда-то Харуна была ранена, переживала о том, как ей жить, и открылась сестре. Спросила, что делать, чтобы её не ненавидели.
В тот день слова сестры спасли Харуну.
Я поняла, что это то же самое.
Сестра запуталась в жизни, зашла в тупик, но всё равно барахталась, желая измениться.
Чувства переполнили меня.
— Начать заново... отсюда...! Прямо сейчас...!
Теперь Харуна поняла чувства сестры, пытающейся с чем-то бороться.
Испытание, которое Харуна преодолела в детстве, выпадает каждому. Сестра тоже оказалась на распутье. И теперь она наконец решилась встретить это лицом к лицу, не убегая.
(...Сестрёнка...)
Я не могла дать имя подступающим слезам. Эмоции просто хлынули, словно прорвало плотину. Эти три года, которые Харуна сдерживала себя, сдавили горло.
(Сестрёнка...!)
Сестра, конечно, уже не станет такой, как тогда.
Детские прекрасные воспоминания наверняка будут вечно мучить её.
И всё же, сестра меняется.
Неизвестно, к какому берегу её прибьет, но это всё равно Амаори Ренако.
Та Амаори Ренако, которую Харуна когда-то так любила.
Беззвучно плача, Харуна молилась от всего сердца.
Вот бы весь этот мир был удобен для меня.
Пусть в дальнейшей жизни сестры не будет никаких трудностей, пусть всё идет хорошо.
Пусть все люди в мире без остатка полюбят сестру.
Пусть школьный дебют будет успешным, и у неё появится много друзей.
Пусть когда-нибудь она найдет любовь, и время, когда она сможет считать себя счастливой, длится вечно.
Потому что это нужно для моего счастья.
Счастье сестры — это мое счастье.
Люди-отражения, с детства постоянно влияющие друг на друга. Именно это и значит быть сестрами.
Я хочу, чтобы она стала счастливой. Ради меня самой.
Сестра — это моя половина.
Глубоко вздохнув и вытерев слезы, Харуна расправила плечи и появилась перед сестрой.
— Сестрёнка?!
— Э?!
Сестра, отрезавшая челку ножницами, повернула ко мне свою нелепую прическу.
— Я же сказала идти в парикмахерскую?! Почему ты сама это делаешь?!
— Э... Ты сказала, иначе нельзя перейти к следующему шагу... Не надо было..?
— Это не значит, что достаточно просто убрать челку! Я имела в виду, сделай нормально! Боже...
Харуна тяжело вздохнула, глядя на испуганную сестру.
— Ничего не поделаешь, следующее — умывание и уход за кожей.
— ...Э?
— В парикмахерскую я тебя запишу в другой раз. Поняла?
— Д... да!
Глядя на сестру, отвечающую как бравый новобранец, Харуна простонала:
— Сестрёнка, ты правда без меня пропадешь.
Первый шаг к новым отношениям сестер Амаори был сделан именно здесь.