Том 1 - Глава 139: Неожиданная встреча

Уголки рта были приподняты, но глаза не улыбались.

Притворная улыбка, направленная на Юри, мгновенно исчезла.

Женщина отвела взгляд от Юри, бросилась к Канато и села рядом, наклонившись вперед.

Когда ее длинные светло-каштановые волосы взметнулись, Юри нахмурилась от запаха, который коснулся ее ноздрей.

Теперь она поняла, что это был за запах.

Почему* я не заметила раньше?*

В тот самый момент, когда я впервые увидела ее.

Во время подготовки к школьному фестивалю она смотрела на доску объявлений у входа.

Тот тонкий аромат, который исходил от нее, когда она повернулась к Юри, заговорившей с ней... был таким же, как запах Канато.

Я отчаянно старалась сдержать желание исказить лицо.

Модель Хару, секретный гость на показе мод во время школьного фестиваля, девушка в солнцезащитных очках, которая странно близко обнимала Канато, и человек, который сейчас стоял передо мной.

Юри снова ясно осознала, что это была Хару, подруга детства Канато.

Я была удивлена, почему она здесь, но, подумав, поняла, что это неудивительно.

Она ежедневно звонила Канато и иногда заходила к ней домой, поэтому, вероятно, она прибежала, узнав о простуде Канато.

Однако**, я** не ожидала столкнуться с ней в такой момент, и мое сердце было неспокойно.

Тихое чувство недовольства поднималось изнутри.

То**, как** она пришла в дом Канато с таким знакомым видом, и то, как она с беспокойством смотрела на Канато с прямым взглядом, не обращая внимания на окружающих.

Каждое из этих мелких действий невыносимо раздражало меня.

За эту короткую минуту мне показалось, что мне показали отношения между ней и Канато.

Пока во мне постепенно накапливались темные эмоции, Хару нарушила тишину низким голосом.

«Кана позвала Юри-сан?»

Она спросила, но не подняла головы.

Ее взгляд был постоянно направлен на Канато.

Чувствовалось**, что** она говорила, но не собиралась относиться ко мне доброжелательно.

«... Нет. Я пришла сюда по собственной инициативе».

Я ответила механически, сохраняя спокойствие, стараясь не показать своего волнения, сидя в позе сэйдза.

Интуиция подсказала мне, что я не должна давать ей ни малейшего слабины.

Более того, поскольку Хару сама поставила стену между нами, я не считала нужным проявлять почтительность.

«... Что ты сделала с Каной?»

На этот раз она слегка повернула голову и бросила на Юри, сидевшую рядом, угрожающий взгляд.

Тон явно выражал подозрение.

Она* думает, что я могла навредить больной Канато?*

Конечно**, мне** не понравилось такое открытое проявление враждебности.

«Я только покормила ее и дала лекарство. ... Сейчас ей гораздо лучше».

Юри ответила спокойно, не глядя на Хару.

Хару снова перевела взгляд на Канато.

Казалось**, что** она крепко спит и не собирается просыпаться.

Убедившись**, что** все в порядке, как сказала Юри, Хару облегченно вздохнула и нежно погладила Канато по щеке тыльной стороной пальца, словно заботясь о ней.

«... Я же говорила, чтобы она не напрягалась».

Услышав печальный голос Хару, Юри не выдержала, подняла голову и повернулась.

Во взгляде, устремленном на Канато, мелькнуло нечто необычное.

Мое притворное спокойствие мгновенно потерялось, и я невольно нахмурилась.

Словно уклоняясь от пронзительного взгляда Юри, Хару отняла руку от Канато и встала.

Взяв полиэтиленовый пакет с чем-то внутри, она направилась к холодильнику и начала класть туда содержимое пакета.

Позади послышались шуршащие звуки.

Было бы ложью сказать, что меня это не волновало, но обращать внимание на каждое действие Хару означало бы признать свою неуверенность, поэтому я кое-как старалась выглядеть спокойной.

После того, как наступило некоторое молчание.

Хлопнул закрывающийся холодильник, и Хару заговорила.

«Вы знали дом Каны?»

Голос по-прежнему был холодным.

Он сильно отличался от того, которым она говорила с Канато.

И он был более колючим, чем во время разговора на школьном фестивале.

«... Учитывая мои отношения с Канато, неудивительно, что я знаю».

«Ах, да, точно. Юри-сан ведь работодатель Каны».

Она кивнула, подыгрывая ей с нарочито понимающим тоном.

Юри была уверена, что она знает об отношениях между ней и Канато.

О том, что они не только работодатель и сотрудник, но и пара.

Тот факт, что она нарочно указала на первое, мог означать, что Хару не признает второго. Такое предположение промелькнуло у меня в голове.

Если бы она признала, она бы не относилась ко мне так холодно.

«Прошу прощения, что говорю это с опозданием... но спасибо за все на школьном фестивале. Было очень весело. Благодаря вам я провела прекрасное время со своим дорогим человеком».

Она заговорила ярким тоном, что было неожиданно после ее холодного голоса.

Однако**, даже** выражая благодарность, она все еще не смотрела на Юри.

Она стояла позади Юри, словно притаившись и ожидая ее реакции.

«... Я не считаю, что заслуживаю благодарности».

«Вы смущаетесь? Не скромничайте».

Ее бодрый разговорный стиль действовал на нервы.

Слова**, сказанные** в качестве противодействия, были легко отвергнуты.

Концентрация недовольства, закрученного во мне, усиливалась.

Мало того, что мне было показано, как она трогает Канато прямо перед моими глазами, так еще и нервы были на пределе.

Казалось**, что** терпение скоро лопнет.

«... Кстати. Юри-сан, вы заметили?»

Как раз, когда я говорила себе, что не должна поддаваться темпу Хару.

Легкомысленный голос сзади отвлек меня от мыслей.

Я удивилась, что она собирается сказать теперь, и тут же услышала:

«То, что было на шее Каны сзади».

Сила сжатия бровей еще больше увеличилась.

Я рефлекторно попыталась обернуться, но мое сознание бессознательно удержало меня.

Это* провокация.*

Если я так легко поддамся на подстрекательство, то попаду прямо в ловушку Хару.

Я поняла, о чем она говорит.

Скорее**, только** об этом и может идти речь.

Я думаю о том, как сильно я волновалась, увидев засос на шее Канато.

Я крепко стиснула зубы и сжала руки, лежавшие на бедре, так, что ногти впились в кожу.

Я была искренне рада, что Хару стоит позади.

Потому что она не смогла увидеть мое лицо, искаженное недовольством.

Я кое-как выровняла дыхание, пытаясь подавить гнев.

Я почувствовала, насколько трудно контролировать эмоции.

«Это... ты сделала?»

«Да. Красиво получилось, не так ли?»

В ответ на спокойный тон Юри, Хару весело говорила, не выказывая ни малейшего раскаяния.

Словно хвасталась успехом.

Как она может говорить и действовать так, чтобы вызвать такую ревность прямо перед ее партнером?

Однако**, теперь** сомнения превратились в уверенность.

Это она поставила засос на Канато.

«Ты сделала это, чтобы показать мне?»

«Я не вкладывала в это никакого глубокого смысла. Кстати, я тоже была удивлена, увидев след на шее Каны. Я подумала, что это укус кого-то с очень сильным чувством собственности, раз остался такой глубокий след зубов».

Значит**, Хару** тоже заметила.

Смысл того, чтобы ставить засосы или следы укусов на шее партнера, в основном один.

Поведение-маркировка**, означающее** — «Этот человек принадлежит мне» — то есть доказательство собственничества.

Несомненно.

Канато сказала, что Хару ее подруга детства и как младшая сестра, но Хару не такова.

Она испытывает к Канато явно больше, чем чувства подруги детства.

Как только я поняла это, в моей голове забил громкий тревожный колокол.

Этот* человек угрожает моим отношениям с Канато.*

«Неуклюжая Юри-сан...»

Прежде чем я успела осознать, Хару, которая была сзади, уже стояла рядом с Юри.

С высоты раздался холодный голос.

Резкая**, леденящая** интонация заставила меня невольно вздрогнуть.

Хару неожиданно присела и впилась взглядом в лицо Юри.

И заявила пронзительным, низким голосом:

«Хочешь, я научу тебя, как ставить засосы?»

Я почувствовала, как мое сердце сжимается в кулаке.

Атмосфера мгновенно изменилась.

Биение сердца сильно отдавалось по всему телу, словно страшное предупреждение.

Я была уверена.

Я никогда не смогу прийти к согласию с ней.

Мне была брошена открытая враждебность.

Можно назвать это объявлением войны.

Пот медленно проступал.

Я старалась сохранить волю не поддаваться давлению, но было обидно, что мне едва хватало сил, чтобы голос не дрожал.

Тем не менее, я хотела выглядеть стойкой хотя бы внешне и напряглась настолько, насколько могла.

«... Канато, кажется, не заметила, что это ты поставила».

«Конечно, нет. Я поставила его тихонько, пока Кана спала ночью».

Брови Юри слегка дернулись от слов, которые нельзя было пропустить.

На это незначительное движение Хару приподняла уголок рта.

«Тебе интересно? Что мы с Каной делали в ту ночь?»

Конечно**, мне** интересно.

Я**, конечно**, верю в слова Канато, что она невинна.

Но теперь, когда я поняла, что Хару — опасный человек, каждое ее высказывание волновало меня.

Опасаясь**, что** любое мое слово может поставить меня в невыгодное положение, Юри предпочла промолчать.

«Кана для меня — самый дорогой человек».

Решив**, что** Юри, которая молчала, не собирается отвечать, Хару продолжила говорить, оживившись.

С любовью глядя на спящее лицо Канато.

«Она покрасила эти волосы ради меня, и пирсинг сделала тоже ради меня. Кана вкусно пахнет, не так ли? Это доказательство того, что она до сих пор пользуется шампунем и кремом, которые я ей дала».

Потрясающие заявления заставили Юри широко раскрыть глаза.

Не только из-за того, что у них одинаковый запах.

Золотые волосы, которые я считала красивыми, и пирсинг, который был у нее с первой встречи.

Мысль о том, что все это было сделано ради Хару, вызвала во мне гораздо более безумное и уродливое чувство, чем ревность, которое сильно потревожило мое сердце, и я почувствовала, что сойду с ума.

Негативные эмоции, которые я подавляла, постепенно вырывались наружу, и мое тело начало дрожать.

Хару**, которая** смотрела только на Канато, осторожно протянула руку и нежно погладила ее по голове.

«Я так сильно окрасила ее в свой цвет, что никто не должен был иметь возможности вмешаться».

У меня уже не было слов, чтобы возразить.

Откровения**, которые** вырывали мое сердце одно за другим, лишили меня даже сил сжать кулаки.

Хотя я не знала, правда ли это, я приняла все слова Хару на веру.

Хару**, которая** не могла догадаться о состоянии Юри, снова бросила на меня провокационный взгляд.

«Кстати. Юри-сан, ты знаешь слабое место Каны?»

«... Слабое место...?»

«Да. Ты знала, что помимо ушей есть место, которое реагирует еще сильнее?»

Словно не ожидая ответа, Хару сразу же перевела взгляд с Юри на Канато.

Я* не хочу, чтобы она трогала даже волосок Канато.*

Но мое тело удивительно не двигалось.

Пока я была в тревоге, движения рук Хару постепенно становились подозрительными.

«Внутренняя часть запястья. Если лизать это место после возбуждения ушей, у нее становится очень эротичное лицо. Настолько, что хочется ее совратить».

— Остановись.

Она слишком опасна.

Надо немедленно оттащить ее от Канато.

Сердцебиение учащалось от тревоги.

«Я знаю о Кане все. Больше, чем ее партнер Юри-сан. Ее семейные обстоятельства, ее детство, и еще... где Кана чувствует себя лучше всего, как сделать ей приятно. Все о ее теле».

По мере усиления тревоги Юри, палец Хару потянулся к пикантной части тела Канато.

Рука**, которая** гладила голову, превратилась в кончики пальцев, скользящих по контуру лица, и, наконец, добралась до области рта.

Мой партнер стоял передо мной, и другой человек прикасался к нему с таким непристойным жестом, но я не могла шевельнуть даже пальцем, словно оцепенела.

Гнев**, ревность**, досада — все эти эмоции смешались и истощали дух Юри.

«Ты хочешь спросить, откуда я все это знаю, не так ли? — Потому что...»

И наконец.

Указательный палец Хару коснулся губ Канато.

«Я была той, кто получил «первый раз» Каны».