Том 1 - Глава 142: Сомнение (2)

«Запах...?»

Внутри меня все сжалось.

Благодаря ее словам и действиям, я кое-что поняла.

Если мои догадки верны, то я понимаю, почему Юри внезапно начала меня лизать.

Сменить запах — то есть, она хотела что-то сделать, потому что от меня исходил запах, который ей не нравился.

Она сказала мне окольными путями: «Ты воняешь».

У* меня что... проблемы с запахом тела?*

Неужели так глупо... Я ведь всегда старалась соблюдать чистоту, даже если я бедная.

Может, запах* тела меняется сразу после выздоровления от простуды?* — но я никогда о таком не слышала.

Я была настолько потрясена, что не могла шевельнуться. Юри, которая тщательно лизала мне шею, оторвалась и пристально посмотрела мне в лицо.

Когда она перевела взгляд на мои губы, ее безэмоциональное лицо заметно исказилось.

Она недовольно нахмурилась.

Затем она резко схватила меня одной рукой за обе щеки.

«Ух...?!»

Я почувствовала сильное давление кончиков ее пальцев, словно она собиралась раздавить мои щеки.

Такое усилие... Я не знаю, почему, но она очень злится.

«Открой рот».

Она приказала мне пронзительным, резким тоном.

Как* я могу это сделать, если ты держишь мой *подбородок...? — Она имеет в виду рот?

Нет, неужели* ее беспокоит не только запах тела, но и запах изо *рта?

Если так, я ни за что не открою рот, даже по приказу Юри.

Снова подавившись от морального ущерба, я задержала дыхание и крепко сжала губы, чтобы не выпустить воздух.

«... Я сказала открыть рот. Ты ведь не могла не слышать».

Возможно**, она** поняла это как сопротивление, потому что Юри усилила хватку на моих щеках, глядя на меня холодным взглядом.

Ай, больно... Кость... кость челюсти сломается...**!

Что* это за *сила...?

Я впервые узнала, что Юри настолько чувствительна и строга к запахам.

Именно поэтому я должна была защищать свой рот любой ценой.

Я покачала головой, и она вздохнула, словно разочарованная.

«... !»

Она насильно раздвинула мои губы, просунув между ними пальцы. Сразу два пальца.

Я была удивлена и едва удержалась, чтобы не укусить ее.

Пальцы были извлечены так же легко, как и проникли, прямо перед тем, как у меня должен был сработать рвотный рефлекс от проникновения в глубину языка.

«Что ты делае—»

Не успела я успокоить отвращение и неудобство в горле, как она перебила мои слова и силой поцеловала меня в губы.

Одновременно с поцелуем в рот проникла скользкая и упругая масса плоти.

Ее язык переплелся с моим и постепенно проникал все глубже.

Глубоко. Язык Юри проникал в меня глубже, чем я ожидала.

Я не могла дышать.

Я пыталась отстраниться, чтобы вдохнуть, но не могла сбежать, потому что она крепко держала мои щеки обеими руками.

«Фу... Нн...»

— Больно.

Мое тело кричало настолько, что я невольно издавала тихие стоны.

Возможно**, она** приняла это за стоны удовольствия, потому что язык Юри, осквернявший мою ротовую полость, стал более сладострастным и интенсивным.

Она настойчиво переплетала язык, неистовствовала по своему усмотрению.

Словно пытаясь забрать всю влагу изо рта, она протягивала язык во все уголки и собирала скопившуюся слюну.

Намеренно ли она издавала звуки, или это происходило естественно?

Из-за сплетенных языков, звук жидкости был необычно громким.

Ее грубые и неуклюжие движения языка, казалось, вовсе не преследовали цель доставить удовольствие партнеру или получить удовольствие от самого действия, но почему-то они возбуждали мое влечение.

Она набросилась на меня с такой силой, словно хотела съесть, тяжело дыша и стараясь насытиться.

Крепко фиксируя мое лицо, она снова и снова меняла угол поцелуя, подвергая меня насилию.

Слюна**, которая** постоянно выделялась, забиралась языком Юри, и она глотала ее с громким звуком.

После нескольких глотательных движений, пытка наконец прекратилась.

Отстраняясь**, Юри** нарочито издала причмокивающий звук и нежно слизнула кончиком языка слюну с моих губ.

«Ха, хаа... Кхе...»

Я всерьез почувствовала, что моя жизнь была в опасности.

Я рефлекторно попятилась, делая шаг или два, чтобы отдалиться от Юри.

Я тяжело дышала, набирая много воздуха, и пыталась восстановить дыхание.

«Я же только выздоровела...!»

«Раз выздоровела, то нет проблем».

Не обращая внимания на меня, которая давилась кашлем, закрыв рот рукой, Юри вытерла слюну со своих губ пальцем и спокойно облизала его языком.

Ее выражение лица по-прежнему было недовольным.

Она поджала губы, выглядя неудовлетворенной, и опустила взгляд.

Что* это было... Что ты хотела *сделать?

Разве* не слишком дерзкий способ, даже если тебя это *беспокоит?

Я бы никогда так не поступила... О, подожди-ка.

Если* Юри делает такое лицо, может, мой рот действительно был в ужасном *состоянии...?

«И вот это тоже».

Перед мной, находящейся в самом большом шоке за последнее время, Юри протянула какой-то предмет.

«... В это время года кожа особенно сохнет, не так ли. Начни пользоваться этим с завтрашнего дня».

Это был тюбик с кремом для тела.

Юри взяла мою руку, которая была смущена внезапным подарком, и вложила его мне в ладонь.

Казалось**, она** хотела, чтобы я приняла его любой ценой.

«Обязательно».

«... Да».

Словно она наложила заклятие.

Она сильно настояла, произнося каждое слово с тяжестью, и у меня не было другого выбора, кроме как кивнуть.

Неужели* моя кожа была настолько *сухой?

Я* ведь наносила увлажняющий крем сегодня *утром...

Я была морально истощена, и эти тревоги уже не имели значения.

Плохой запах снаружи и внутри тела, а вдобавок сухость кожи, из-за которой приходится о мне заботиться...

Это деликатная проблема, и упрек от нее был достаточно тяжелым.

Не** глядя на меня, которая была ошеломлена и поникла, словно пустая оболочка, Юри спокойно пошла вперед.

Когда я подняла голову, чтобы последовать за ней, я увидела брелок с пингвином, висящий на рюкзаке Юри, и мои губы на мгновение растянулись в улыбке.

Со смешанными чувствами радости и печали, я уныло поплелась за Юри, которая шла впереди.

---

Сразу после окончания утренних уроков я покинула класс.

Мое направление — конечно, к Юри.

Я быстро купила освежающие таблетки в магазине во время перерыва и приняла их, так что запах должен быть лучше, чем утром.

Мы договорились пообедать с Юри в столовой сегодня.

Я отправилась за ней в класс 2-А.

Прибыв к нужному классу, я заглянула в открытую дверь.

В шумном классе, где была обеденная суета, она убирала учебники и письменные принадлежности.

Юри внезапно подняла голову, и наши взгляды встретились.

Мы были близко, так как она сидела во втором ряду возле коридора.

Я помахала ей, радуясь, что она меня заметила, и она опустила лицо.

Милая. Это была застенчивость.

Перед многими людьми она смущается и становится холодной.

Зато**, наедине** она очень нежная, и я ничего не могу поделать с тем, насколько она милая.

Забыв об утреннем угнетении, я улыбалась, смотря на нее, и ждала, пока она закончит уборку.

Наблюдая**, как** Юри встает со стула и идет ко мне.

Постепенно моя улыбка исчезла.

Мое восторженное настроение омрачилось.

Я даже не заметила, что нахмурилась.

И в этот момент.

Не успев почувствовать тревогу, я широко распахнула глаза.

«Юри...!»

Почувствовав неладное, я рванулась вперед.

Юри внезапно рухнула передо мной, словно у марионетки оборвались нитки.

Я успела подхватить ее тело за мгновение до падения на пол, но из-за полной потери сил она не могла стоять, и мы обе оказались на полу.

«Ха... Хааа...»

Я крепко обняла Юри, которая всем весом опиралась на мое тело, и положила руку ей на лоб, пока она тяжело дышала.

... Горячая. Лихорадка?

Сначала я подумала о том ее приступе, но она говорила, что в последнее время они редки и состояние улучшается, поэтому эта вероятность мала.

Тогда**, остается** одно — я стиснула коренные зубы.

Это* моя *вина...

Юри так плохо из-за моей простуды...

Утром она выглядела вполне нормально... Нет, может, она терпела с самого утра?

Ей было плохо, но она пришла, преодолевая себя?

Почему...

От моего крика ученики в классе собрались, чтобы узнать, что произошло.

Не желая, чтобы другие видели искаженное от страдания лицо Юри, я поспешно прижала ее голову к своей груди.

«Камисака-сан...?!»

Вероятно**, у** него был урок в этом классе.

Учитель Сакима, который отвечал на вопросы учеников у доски, присел рядом с тяжело дышащей Юри.

«Что случилось?»

«... Не знаю. Она внезапно упала».

«Давай сначала отнесем ее в медпункт».

Поскольку она не могла встать сама, я подняла ее, обхватив руками спину и колени.

Учитель Сакима шла за нами, успокоив беспокойных учеников.

Мы быстро направились в медпункт, находящийся на первом этаже главного здания, волнуясь о цвете лица Юри.

Все**, кого** мы встречали в коридоре, удивленно смотрели, но мне было некогда обращать на них внимание.

Благодаря тому, что я бежала почти на бегу, мы быстро добрались до медпункта — но тут же меня охватило отчаяние.

Учитель Сакима, который запыхался и догнал нас, опустил плечи, увидев закрытую дверь.

«... Закрыто. Кажется, медсестры нет...»

«Черт, почему именно сейчас...!»

«Эй, Нисики-сан, стой! Если ты умышленно сломаешь школьное имущество, тебя сразу исключат!»

Учитель Сакима в панике остановила меня, когда я собиралась выругаться и выбить дверь медпункта от раздражения.

Я невольно посмотрела на него в гневе, и он сильно вздрогнул.

«Не вымещай свою злость на мне...»

«... Простите».

Я пробормотала извинения, отводя взгляд.

Меня раздражало то, что я ничего не могу сделать, пока Юри так страдает.

«Л, ладно, там должна быть свободная комната для отдыха, давай пока туда пойдем».

«... Хорошо».

Я поклонилась в душе учителю Сакиме, который давал указания спокойно, несмотря на то, что дрожал от страха.

... Нельзя паниковать.

В таких ситуациях нужно действовать спокойно.

Сейчас я не только возлюбленная Юри, но и ее помощница.

Когда я глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, Юри слабо потянула меня за воротник пиджака.

«Юри...? Что случилось?»

Когда я нежно спросила, она медленно положила руку мне на шею.

«————»

Она приблизила свое лицо и глубоко поцеловала меня в шею.

В тот же момент, она сильно прикусила меня зубами.